Особенности современной психологии. Адаптация или крест? (Ч. 1)

Формально психология как «наука о душе» вряд ли подлежит критике. Что плохого в том, чтобы знать душу и разбираться в ней?! Но надо понимать, что всякое учение о душе лежит, точнее, должно находиться в парадигме духовных – религиозных представлений и духовного опыта. Потому что духовность отстраивает в том числе и посмертные пространства, а значит – и главные смыслы жизни! То есть то, ради чего эта жизнь вообще задумана.

Что есть душа?

В латинском языке душа тождественна самой жизни: anima – это и жизнь, и душа. Здесь терминологически сделан акцент на биологическом, животном понимании жизни и души (animal – животное). Однако в русской терминологии душа это не просто жизнь (по-славянски, живот), а вместилище «пере-живания», то есть своеобразный орган трансформации жизни – из временного формата в горизонт иной. Куда же? Конечно, в вечное бытие! Как невозможно абсолютно отключить человека от его сознания и совести, так невозможно отсоединить душу от духа. А значит, и психологию от духовного, религиозного контекста. И если некая психология хотя бы в общих чертах не обозначает свою принадлежность какой-то известной религии, то она либо претендует на какую-то новую, либо является всего лишь социальным проектом. Инструментом управления, формирующим нормы поведения исключительно или преимущественно в приземлённом горизонте – без сценария вхождения в вечность. А за этим духовным попустительством всегда просматривается рука «князя мира сего», который так и норовит прибрать весь легкомысленный мир к своим рукам. С последующим переселением его в геенну огненную!

Судьба Буратино

Даже маститый папа Карло (это который Карл Густав Юнг) с его выдающимися заслугами в исследовании архетипов и коллективного бессознательного в своей попытке подняться над традиционными религиями и сделать их прикладными областями универсальных психологических знаний вместе с этим привнёс и изрядный соблазн искусственного и профессионального занижения области духа. А именно – создал ещё один инструмент интеграции религий в единое экуменическое, а значит, во всеобщее псевдо-религиозное пространство. Может быть, и не специально, но он предал своего Буратино, потому что, нащупав и вырезав некий «общий скелет» всех религий, он создал новый инструмент управления душой и сделал вклад в идею контролируемого мира. Где люди, хоть и не деревянные куклы, но своими психо-социальными ниточками надёжно привязаны к своим закулисным кукловодам и главному мировому Карабасу (Master of Puppets – мастер кукол)! В этом смысле любая психология, используя универсальные и инструментальные знания о душе, похожа на рафинированную, то есть очищенную от духа вне- или транс- конфессиональную религию. Которая скорее спускает с небес на землю, чем наоборот – устремляет в небо! Оттого-то сегодня в условиях глобального объединения всех возможных институтов общества психологи в особенном почёте – как мастера секуляризации и как религиозные парикмахеры: психологические стрижки будут у всех разные, а духовное обрезание - одно!

Слепые поводыри слепых

Поэтому даже те специалисты, кто по своим внутренним или номинальным предпочтениям выступают в жанре «православной психологии», не могут, не имеют права только лишь адаптировать и мирить травмированную психику своих клиентов с условиями новой – технократической, информационной и цифровой цивилизации. Со всем арсеналом этих современных «наглядных преимуществ и удобств», а по сути… невидимых манипулятивных ниточек! Но и не в меньшей мере должны стараться адаптировать её (психику) к нашему традиционному вероучению, как бы попросту не скатиться в банальный социальный проект с имитацией смыслов жизни, счастья и совести и не стать «слепым поводырём слепых»! А это значит, что к окружающему миру (особенно в части всемирного общественного и технического прогресса) должно формироваться не безусловное принятие, а взвешенное критическое и даже скептическое отношение: «Не люби́те мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего. И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек» (1Иоанна 2:15-17).

Вектор мирового развития, провокационно названный политическими бонзами «новой нормальностью», и есть образ того самого мира, который «не есть от Отца»! Скажем прямо: традиционные представления и идеология всемирного тоталитарного «рая на земле» находятся в непримиримом конфликте, совместить их в единый гармоничный образ невозможно. Судьба христиан – крест, а не адаптация! Поэтому поляризация душевных (адаптированных) и духовных (не от мира) людей с дискриминацией последних неизбежна. К сожалению, признаки и даже приёмы мягкой (лукавой) адаптации под «дивный новый мир» всё более заметны в словах и поведении как духовных деятелей, дававших когда-то пафосные архиерейские клятвы, так и психологических деятелей, то есть вполне светских людей – психологов.

В психологических методах и терминологии есть масса общих мест, на первый взгляд, благообразных, благозвучных и позитивных, в своей же содержательной глубине – подменяющих фундамент традиционной нравственности и духовности на привлекательные, но иллюзорные ориентиры. Потому что сама психологическая система как самостоятельная область знаний уж более ста лет как ушла от религии в свободное плавание и до сих пор очарована открытием и освоением «новых земель» с весьма зыбким и даже призрачным основанием, которое сразу уходит под воду при малейшем колебании житейского - мирского океана.

«Знание себя» - главный ориентир

На фоне мелькающего калейдоскопа современных понятий «психологического спектра» (абъюз, газлайтинг, токсичность, нарциссизм, гендер, партнёр и т.д.) в упор не видится то подлинное основание традиционной психологической науки, которое органично сцеплено с духовной наукой о спасении души. Ведь если речь не идёт о настоящем Спасении, то какой смысл в любом независимом знании? «Желают люди много знать и мудрыми казаться. Ты же более всего желай и старайся самого себя познать. Вот мудрость христианская! Желают люди знать, что там-то и там-то делается. Ты желай и старайся рассматривать, что в душе твоей делается, в каком она состоянии находится, какие мысли, желания и начинания производит, к чему она стремится – к вечности или времени? Где она свое сокровище собирает – на небе или на земле? К чему присоединяется – к Богу или к миру? Вот знание необходимое и нужное! «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (свт. Тихон Задонский Собрание творений. Сокровище духовное, от мира собираемое. §46. Желание).

Таким образом, старый выверенный ориентир на «знание себя» в пространстве отношений «с Богом и с миром» как безопасная и уравновешивающая предпосылка всякого внешнего постижения – это и есть та искомая психология, которая, к сожалению, вовсе не ищется и не помнится, а просто выброшена за борт современных «научных» представлений. И именно за то, что она органично пребывает и «доофомляется» в духовном контексте…

Думаю, что такой ориентир психологической и духовной идентичности актуален не только для отдельных людей, но и для целых народов – зачем они существуют? Куда идут? С кем и чем объединяются? С кем и чем враждуют? Касается он также и всего рода человеческого, ведь, как уже сказано, интеграция во всеобщее поле глобального мирового управления не подразумевает никакой адекватной рефлексии – ни на уровне народов и государств, ни на уровне обывателей. Нужны просто куклы и нитки и «Большой театр» с филиалами на местах и «суверенным» реквизитом!

Техника душевной безопасности

А тот духовный контекст, из которого старательно исключают нашу душу и сознание всевозможные Карабасы и Дуремары, называется «жизнь в лоне Церкви»! Он подразумевает знакомство со Священным Писанием и Преданием Церкви, с трудами св. Отцов. Сюда же входит участие в литургическом богослужении и других таинствах, соблюдение заповедей в повседневной жизни, искусство молитвы и самоограничения (аскеза). Умение жить на лоне природы – тоже элемент одухотворения психики, который явно дискредитирован урбанистическими технологиями бесконечных удобств и коммуникаций. Примером духовной психологической литературы могут являться «Лествица» преп. Иоанна Лествичника, «Душеполезные поучения» аввы Дорофея и другие творения из сборника «Добротолюбие», «Невидимая брань» прп. Никодима Святогорца, а также патерики – рассказы о подвижниках благочестия.

К сожалению, этим кладезем знаний о душе не пользуются не только психологи, но и сами христиане, даже облечённые саном. Между тем это древняя наука пребывания в душевном равновесии, читай – в состоянии спокойной совести и здравого рассуждения, в трезвомыслии! Ещё её можно назвать техникой психической безопасности. Защитой души от истощения и самоотчуждения, то есть от потери ею первозданных сил и энергий, средство борьбы от всевозможных «вампирических» захватов – эмоциональных, чувственных, интеллектуальных, бытовых, информационных, технологических, цивилизационных и прочих.

Вот что, например, пишет чудный афонский старец Пасиий Святогорец: «Поскольку человеческие удобства перешли все границы, то стали трудностями. Умножились механизмы, умножились и проблемы; сделали из человека машину, и теперь машины и механизмы командуют самим человеком, и человеческие сердца стали железными. Мировая эволюция вместе с греховной свободой принесла духовное рабство. Духовное подчинение воле Божией является духовной свободой и душевным продвижением, которым надёжно руководит Сам Бог» (Возвращение к Богу от земли на Небо. Москва. 1997г., стр. 23). Из такой науки действительно можно черпать как допустимые приёмы пресловутой адаптации к условиям агрессивного мира, так и методы сдерживающего воздействия на «обнаглевшую цивилизацию».

Конечно, все специфические термины, понятия и целые направления психологии, которые не соотносятся и даже противоречат христианской традиции, рассмотреть невозможно, но некоторые примеры все-таки следует привести – из-за их распространённости. Не будем сейчас трогать самые оголтелые перлы – типа «абъюза» и «газлайтинга», они и сами по себе режут слух русского человека. Возьмём для рассмотрения слова и тезисы попривычнее, понейтральнее, но тоже с подвохом. 

Партнёры, сожители или супруги?

Скажу честно, слово «партнёр» (соучастник) меня (и не только меня, а многих) откровенно раздражает. Если это не супруг, то уж лучше сказать по-старому – «сожитель». Пусть при этом возникает негативный смысловой оттенок, но хотя бы формально жизнь будет совместная, то есть проживание! «Партнёр» же – термин совершенно не наш, а откровенно «западный» и явно потребительский. Потому что апеллирует не к совместной жизни и не к браку, а к подчёркнутому индивидуализму и своекорыстному интересу. Опять же – либеральный, подразумевающий доминанту формализованных равноправных отношений. А это и есть неправильно понимаемая свобода. Свобода и равноправие совсем не одно и то же. Настоящая свобода намного более ёмкое понятие.

Так кто же такие «партнёры»? Это те, кто «по жизни сам по себе со своей выгодой». И кто к другим относится также – как самим по себе по жизни и со своей выгодой. А вместе они «соучаствуют» в чём-то только при наличии договорных условий – деловых или игровых. От всего этого «совместного проекта» они могут в любой момент отказаться по своим внутренним причинам. Здесь нет никакой органичности, жертвенности, преданности, а значит, нет и любви! Поэтому партнёры в принципе не могут создавать семьи, оставаясь партнёрами, а только и могут, что участвовать в этих так называемых «совместных проектах». Если у «партнёров» ещё и рождаются дети – это вообще тяжёлый случай в плане их будущего гармоничного развития и судьбы.

Наш же традиционный и привычный термин «супруги» хотя внешне и похож на «соучастники», но по своей этимологии он связан с дополнительным системообразующим фактором – «общей упряжкой». Супруги («со-упруги») – так назывались два вола, тянущих гружёную телегу в гору. И эта супружеская упряжка сильно отличается от пресловутого равноправия, потому что она объединяет все аспекты самореализации супругов. Она учитывает и разность так называемых «гендеров» (опять чуждый нашей культуре термин), предрасположенность к разным видам труда, избирательную способность к руководству или подчинению в разных сферах, а потому и разную меру ответственности, различие темпераментов. Но все эти различия объединены одной судьбой, одной совместной жизнью, а значит и нагрузкой – и физической, и бытовой, и духовной. Все эти сочетания разного рода трудов и радостей, несение совместного креста дают реальную перспективу спасения души. Как самим супругам, так и их детям. А вот партнёры «несением креста», движением в гору и несением совместной тяжести в принципе не озадачиваются. И терпят нагрузку только в пределах сугубо своих интересов. Хотите заложить мину замедленного действия в свой брак? Будьте партнёрами!

Принимать партнёра таким, какой он есть, или – взаимное воспитание? У кого больше прав на эмоции

Далее – насчёт того, чтобы принимать «партнёра» таким, какой он есть, со всеми его особенностями. Вспомним, что эти «особенности» могут существенно и даже радикально меняться – от «почти идеала» вплоть до возникновения совсем другого образа любимого человека. Который теперь уже не просто не любим, но ненавистен и даже вреден самому союзу. Надо учесть также и то, о чём говорилось выше. Что собственно и сам современный человек находится в поле агрессивного манипулятивного формирования нового типа личности – псевдотрадиционного, потребительского, конформистского, предельно информатизированного. И эти «зубы» современной цивилизации неизбежно будут проявляться в совместной жизни неподготовленных к ней «партнёров». Для того чтобы избежать таких ситуаций взаимного разочарования и ненависти одного формального «партнёрского терпения и уважения» заведомо недостаточно. Нужно взаимное воспитание. И стремление к нахождению в русле Божественной воли – Промысла. Только... как это делать? Много об этом сказано в самом Священном Писании, особенно в посланиях ап. Павла. Вот набор цитат для ознакомления https://vk.com/topic-102889623_34761942 . Думаю, для психологов там откроется много неожиданного и… неприемлемого для них!

Традиционную точку зрения в вопросе взаимного воспитания кратко выразил один старец: мужчина имеет благодать от Бога воспитывать словом, а женщина - кротостью и молчанием. Поэтому равные права в выражении эмоций это настоящий деструктивный лозунг, за которым сразу просматриваются феминистические амбиции: «я женщина и имею право выражать эмоции - так же, как ты! Так что… закрой рот и слушай меня!».

«Гендерные стереотипы» или базовые характеристики пола?

Кроме индивидуальных особенностей у так называемых «партнёров» есть ещё и «гендерные» собенности, которые у мужчин и женщин, очевидно, разные. Различия существенны, и это не устаревший стереотип. А базовые, можно сказать – вечные характеристики пола! Эмоциональность и переменчивость мнений «липнет» к женщинам, потому что это – в их природе. Сдержанность и рассудительность более характерна для мужчин, но при этом менее развита интуиция. Недооценка этих и других предустановок в повседневных отношениях, недостаток традиционного полового воспитания, а также отсутствие осознанной подготовки к супружеству в нашем обществе – всё это чревато целым спектром вывертов «партнёрского» поведения, неприятными открытиями и разочарованиями. Вплоть до расставания, а то и до убийств, и самоубийств. Ситуативные и долговременные договорённости об обязанностях в текущих бытовых и психологических вопросах в браке или сожительстве не отменяют традиционных представлений о том, что должен делать мужчина, а что обязана женщина. Как в доме, так и во внешней социальной сфере.

Совместное принятие решений

Конечно, принятие решений должно быть совместным, даже если оно по видимости авторитарное! Как так? А вот как. Если один равноправный «партнёр» голосует «за», а другой «против», а третьего (надеюсь) не дано, то и никакого решения нет. А есть конфликт и обида. Чтобы решение было действительно принято, надо, чтобы один голос был «тяжелее» другого. И чтобы это было признанной нормой. Как это бывает в организациях с чётным количеством голосующих участников. При равном соотношении «за» и «против» голос директора (начальника) весит больше голоса подчинённого. Так что без определения «главы» и «подчинённого», то есть без иерархии, в нормальном браке совместные сложные решения не принимаются. Тем более – в сожительстве «партнёров»! Как ни крути, а от принципиального равноправия всё-таки приходится отходить.

Кстати, при таком – иерархическом – раскладе голос и мнение подчинённого, может быть, и не «побеждают», но они всегда учитываются и никак не игнорируются. А иногда консультативное мнение действительно способно кардинально изменить точку зрения решающего голоса. Главное, чтобы во всём торжествовала любовь, а не «качание прав»!

Ставка на семейные традиции и маленькие ритуалы, которые укрепляют связь

Теперь – насчёт создания традиций и маленьких ритуалов, которые сближают членов семьи… Вроде бы, это самая безобидная рекомендация, против которой нет смысла выступать. Но на фоне распространённых либеральных и феминистических взглядов совершенно очевидно, что главные традиционные основания семьи попраны. Супругов в пространстве отношений полов здесь уже нет (значит, нет и брака), а есть какие-то частично безгендерные «партнёры». Которые отвергают то, «как принято» у мужчин и женщин, игнорируют привычное «гендерное» разделение труда, «равноправно» выражают эмоции и надрывно принимают сложные совместные решения. На таком зыбком основании «новые традиции» и «маленькие ритуалы» долго не протянут.

Андрей Генерозов, лектор ЦЗМ «Покров», общественный деятель

Продолжение следует