30.04.2025
Вспомогательные репродуктивные технологии (ВРТ) связаны с многочисленными нарушениями универсальных принципов медицинской этики:
1) каждая человеческая жизнь должна защищаться;
2) при медицинском вмешательстве любой риск должен быть оправдан несравненно более высокой пользой;
3) необходимо сохранять целостность жизни;
4) медицинское вмешательство должно быть направлено на благо и здоровье человека;
5) пациент имеет право на надлежащее информирование обо всех процедурах и осложнениях;
6) недопустимо использование человеческого существа в экспериментах или в достижении чьих-то целей.
Рассмотрим подробнее каждый из этих пунктов, чтобы убедиться, что они присущи каждому протоколу ЭКО вне зависимости от мотивов потенциальных родителей и попыток избежать прямого вреда – например, в ситуации подсадки в естественном цикле без редукции лишних эмбрионов.
Как мать, так и искусственно зачатые дети подвергаются неоправданному риску. Для женщины это в первую очередь риск развития синдрома гиперстимуляции яичников. Для малыша риск представляет сама культуральная среда и постоянное воздействие медицинских препаратов: гормонов и антибиотиков. «Запасные» эмбрионы замораживаются, что также оказывает на них негативное влияние. Нарушаются и биохимический порядок зачатия, при котором, согласно новейшим исследованиям, яйцеклетка отбирает один сперматозоид из тысяч по ведомым одному Богу и неизученным человеком принципам. При искусственной процедуре яйцеклетки и сперматозоиды соединяются насильно и по произволу врача. Всё это – осознанное причинение вреда ребёнку.
Основная трудность, на которую направлено утилитарное внимание большинства людей, — это судьба рождённых детей. Наша эпоха – это эпоха мелочей. Люди, защищая свою жизнь и свой выбор, справедливо (а порой и чрезмерно) озабочены нюансами: следят за режимом, окружением, эмоциональным фоном, погодой, питанием, влиянием минералов, белков, генетики на личностный рост и текущие события. Такой тренд не может не заставлять человека задумываться о том, что «ничто на земле не проходит бесследно», а тем более искусственное зачатие.
Очень хорошо эту тревогу выражает психолог Аглая Датешидзе: «Представь себе, есть мать, которая хотела бы для своего ребёнка самого лучшего, но всё, что она может ему дать, — этот адский клеточный опыт выгона этими гормонами, оплодотворения в пробирке, заморозки и потом через пипетку подсадки. Ты как мать даёшь ребёнку такой опыт, это, вообще, как пережить?»
Сколько бы мантр ни было сказано в пользу выбора ЭКО, эта мысль многим не даёт покоя.
Вторая трудность – судьба эмбрионов, которым не суждено когда-либо родиться. Для того, чтобы один ребёнок имел небольшой шанс на рождение, забирают до 20 яйцеклеток, оплодотворяют в лаборатории около 10, подсаживают несколько, и часто абортируют более слабых во время уже развивающейся беременности.
Любая клиника ЭКО – это реально действующая евгеническая лаборатория, где людей создают, отбирают по качеству и хранят на всякий случай. Нет ничего более далёкого от любви, чем такая реальность. Как бы ни называли «лишних» и замороженных эмбионов, как бы ни транслировалось пренебрежительное к ним отношение, реальные свидетельства говорят о понимании обществом и самими родителями того факта, что это живые люди, жизнью которых так жестоко распорядились.
Гинеколог Т. Строкова пишет: «Большинство женщин, особенно тех, кто все же стал матерями, уже не могут решиться на уничтожение, но, размышляя о повторной попытке, сомневаются, что замороженные эмбрионы будут ‟свежее”, чем полученные от новой стимуляции и более позднего оплодотворения. ‟Ребенку почти 3 года. 2 раза заходила в клинику, чтоб утилизировать, но даже произнести эти слова не смогла. Не могу и все. Оплачиваю за хранение 6 000 в год и не жалею. Никто не знает, что будет завтра. Это мои дети и моей душе спокойно так, значит пусть будет так”, — пишет одна из участниц таких дискуссий на форуме про ЭКО. Интересно, что она, не задумываясь, называет его ‟ребенком”, а своих замороженных эмбрионов — ‟детьми”.»
«Вы загружаете голову ненужными переживаниями», — говорили врачи героине другой истории перед подсадкой эмбриона. Однако, время для переживаний рано или поздно приходит, и люди годами хранят своих детей, не в силах отнестись к ним как к биоматериалу.