8-800-100-44-55

Ребенок болеет часто

20.02.2014

Все дети болеют, но, к сожалению, сегодня все чаще родители сталкиваются с постоянными непрекращающимися простудами у детей, а также другими заболеваниями. Начинаем публикацию материалов на эту тему статьей кандидата медицинских наук, врача Дурыгина Дмитрия Николаевича.

РЕБЕНОК БОЛЕЕТ ЧАСТО…

За дверями кабинета слышится возня и детский голос. Через минуту на пороге появляется молодая женщина, тянущая за ручку одетое в комбинезон маленькое чудо в кудряшках. Мамочка усаживается на стул, а чудо, присмирев, со смешанным чувством боязливого любопытства, подглядывает на меня.

– Рассказывайте…

– Мы часто болеем простудами. Вот… - мама с достоинством, как орден, выкладывает передо мной толстенную карточку из поликлиники, - тут все анализы!

«Мы»… Молодые мамы и бабушки почему-то всегда говорят так о своих чадах во множественном числе, собирая две жизни пока еще в одно бытие.

Ситуация понятна с первых слов, похожа одна на другую, как эти современные комбинезоны, в которые одеты практически все эти кудряво-вихрастые ангелы.

– Как часто болеете, с какого возраста, есть ли аллергия? – я задаю привычные вопросы, и мама привычно пускается в пространные рассказы о посещении садика и поликлиники, о многочисленных анализах и консультациях узких специалистов, за которыми уже не видно обычной жизни…

Стандартная история: вроде бы здоровый ребенок пошел в детский сад, и теперь он, так же, как и до сада, сидит дома, только на пару – тройку дней в месяц играет с малознакомыми детьми и ест не домашний супчик под надзором строгой тети.

– Педиатр на участке сразу выписывает антибиотики, – рассказывает мама, - потому что мы без них никогда не справляемся, потом нас отправляют к ЛОРу и аллергологу. Астму нам уже «поставили», хотя приступов не было, дома стерильно, едим только гречку на воде, таблетки пьем, как наша бабушка (горстями), но ничего не меняется!

После такого стандартного рассказа у меня внутри уже знакомое чувство пустоты, ненужности. Нет, я то востребован с моими «архаичными» знаниями, но сами эти знания удручающе не нужны в современной системе подготовки и переподготовки врачей. Я сам еще не древний старец, и в первой половине 90-х, слушая нашего ведущего доцента Зинаиду Гавриловну, поражался стройности систематического подхода к проблеме часто болеющих детей, основанного на теории адаптации и индивидуальных особенностей реагирования на болезнь. Эта тема бурно развивалась в отечественной педиатрии, нас этому учили, мы успешно внедряли это в жизнь, своими глазами видели результаты… Также бурно начался процесс внедрения «международных» принципов в наше здравоохранение, основанных на стандартных протоколах лечения конкретных «диагнозов». Все наши теории адаптации и индивидуальные особенности стали не просто древней пылью, а конкретным вредом в системе страховой медицины, где малейшее отклонение от кем-то теоретически заданной схемы больно бьет по карману врача и лечебного учреждения.

Все теории давно забыты. Просто я их помню, потому что давно не работаю в государственной медицине. Тропа ко мне не зарастает, как в мавзолей древностей, доказывая правоту архаичных теорий и кризис сугубо нозологического подхода.

Ребенок еще не успел сформировать эту астму или аллергический ринит, у него все болезненные состояния еще на стадии вегетативных дисфункций, но неумолимый диагноз уже висит пожизненным ярлыком, потому что иначе нельзя, и кроха уже систематично получает комплексную терапию, вплоть до гормонов «в превентивных целях».

- Как ребенок засыпает, как просыпается, как себя ведет, есть ли страхи, реагирует ли на погоду? – задаю уже «необычные» вопросы, и мама, не «въезжая с ходу», начинает отвечать невпопад.

Знакомлюсь с поликлиническим «гроссбухом», уточняю мелочи, наблюдаю поведение малыша и пишу рекомендации. Мамаша слегка шокирована отсутствием стандартного тыканья трубочкой в детскую спинку – по всем записям в легких итак всегда все чисто, не трачу на это время - лучше поговорить с мамой о причинах часто повторяемых ОРЗ и кашлей, о способах лечения и профилактики. Женщина, слегка ошарашенная новой информацией, собирает свои бумаги, пакеты, платки, шапочки и карандаши. Освоившийся в новой обстановке ребенок уже с неохотой понимает, что опять надо куда-то идти.

Через два месяца они появляются снова. Я их уже забыл и с трудом что-то припоминаю, глядя на запись в карточке. Мама, округлив глаза, с нескрываемым удивлением рассказывает, что они за это время подхватили только один раз насморк и пережили его легко, за пять дней, совершенно без антибиотиков и длительного кашля. А еще улучшился аппетит, стал быстрее засыпать и т.п.! Она желает продолжения!

Этот первый этап чаще всего и бывает таким фееричным, удивительным, бывают и исключения, когда не получается ожидаемого эффекта. Либо родители не выполнили рекомендации в силу каких-то своих причин, либо я что-то упустил или не понял в этой стандартной истории. Но для этого есть вторая встреча, где приходится снова все еще более тщательно обдумывать, припоминая и другие части «практичной теории».

«ПРАКТИЧНАЯ ТЕОРИЯ» ЧАСТЫХ ОРЗ

Иммунная система человека состоит из клеток – макрофагов и клеток лимфоцитов, вырабатывающих молекулы – иммуноглобулины. Эти клетки и молекулы плавают в крови и лимфе, образуются в костном мозге и созревают в лимфатических узлах и вилочковой железе. Сейчас создаются лекарства, которые непосредственно влияют на эти клетки и молекулы, «подстегивая» их работу. Но, при этом, роль самого организма не учитывается, как будто он в это время спит и ничего не делает. Но ведь организм сам может повысить активность этих клеток, надо только знать как!

Созревание клеток контролируют собственные (но не искусственно введенные!) гормоны надпочечников - кортизол и адреналин, а также гормон щитовидной железы - тетрайодтиронин. В свою очередь, эти железы контролируются гипофизом, а гипофиз – гипоталамусом, расположенным в центре головного мозга.

У детей, которые перенесли внутриутробную гипоксию (кислородное голодание мозга) вследствие токсикоза, или у матери были угрозы прерывания беременности, она страдала анемией или курила, а также были сложные или оперативные роды, головной мозг страдает, особенно те его вегетативные центры, которые лежат в основе гипоталамуса. Это означает ослабление контролирующей функции по всей нисходящей цепочке (гипоталамус – гипофиз – надпочечники – лимфоидная ткань – иммуноглобулины – общий иммунитет).

Внешне это будет проявляться не только частыми заболеваниями ОРВИ, но и изменением суточных биоритмов ребенка, который вечером становится капризным, чрезмерно возбужденным, требовательным к питью и еде, плохо засыпает, беспокойно спит, кашляет ночью, возможно с одышкой, а утром он с трудом просыпается, вялый, раздраженный, без аппетита и едва «расхаживается» к обеду. Воздействием химическими лекарствами только на последнее звено этой цепи – клетки, мы желаемой цели не достигаем, а именно этого и требуют от нас стандартные протоколы страховых компаний.

Мы же начинаем с питания и восстановления головного мозга и регулирования вегетативных ядер гипоталамуса системой «биологических весов» или «вегетативных качелей», назначая утром биотоники (аралию, левзею, элеутерококк, лимонник, родиолу и т.п.), а вечером - седатики (капли Зеленина, пион, синюху, валериану и т.п.). Питание мозга улучшаем травами, грибами и гомеопатическими средствами, подбираемыми по случаю.

Не забываем при этом про кишечник, в стенках которого и содержатся те самые лимфоидные скопления, в которых созревают иммунные клетки. Кишечник у часто болеющих детей, как правило, страдает прежде всего, так как часто применяемые антибиотики оставляют свой черный след – дисбактериоз.

О дисбактериозном мифе – в следующий раз.

Продолжение следует…

Д. М.Дурыгин
кандидат медицинских наук, врач