Когда началось разрушение института семьи? (Ч. 3)

«Демократические прогрессивные» страны

Ваш скромный переводчик лично наблюдал в 2005 году, в находящейся на краю света Австралии, ежегодный «парад» ЛГБТ «Марди Грас». Сначала я не понял, что за «праздник» наступает. Вторник, перед великим католическим постом, предшествующим Пасхе, объявили нерабочим днем, перекрыли доступ транспорта на центральную улицу, выставили парапеты по обочинам, за которыми выстроились бесконечные цепочки охранной полиции, установили и включили громофоны, большинство телевизионных каналов, включая государственный, переключились на освещение этого события, на зданиях развесили рекламу и электронные панно для отражения крупным планом происходящего в разных местах протяженного парада, журналисты и фотографы известных изданий заняли наиболее удобные позиции, заиграла музыка, подключились комментаторы и … пошло-поехало…

Размах мероприятия, масштаб организационных усилий, огромные денежные расходы, вовлечение полиции, средств массовой информации и государства у меня не оставили ни малейшего сомнения о том, что кто-то это все специально систематически навязывает обществу.

Но вернемся к переводу упомянутой выше публикации Джоэла Хилликера и Стивена Шквала «Война против Семьи» в американо-британской газете «Труба». Ниже приведен перевод её наиболее выразительных мест:

«Мы находимся в состоянии войны. Сама основа стабильности и силы в Соединенных Штатах и Великобритании, традиционная семья, подвергается страшным нападкам со всех сторон. Просто посмотри на эту бойню. Все меньше людей вступают в брак. Те, кто женится, склонны к разводу… Прелюбодеяние становится все более и более распространенным. Однополый «брак» прописывается в законе. Очевидно, что истинный брак висит на волоске».

«4 из 10 американских детей рождаются у незамужних родителей. Дети теперь так часто как никогда прежде вырастают без одного из своих биологических родителей. Они живут в семьях, где бунт и неуважение… Блуд почти повсеместен. Порнография стала общим развлечением. Количество беременностей вне брака и число половых венерических заболеваний достигли самых высоких показателей за всю историю. Каждый год абортируется миллион американских младенцев. Семья загнана в угол».

«Да, в домашних хозяйствах по всей Америке и всего некогда могущественного Соединенного Королевства, бушует война. После десятилетий уступок и сдачи территории жестокому и фанатичному врагу, то, что когда-то было прочной семейной структурой, теперь борется за выживание, за право на само свое существование. Если вы не вступите в решительный бой, то вы и ваша семья окажетесь среди многочисленных жертв. Вы уже пострадали от этой войны больше, чем вы, вероятно, сами осознаете».

«Чтобы успешно противостоять этой опасной тенденции, вы должны ясно видеть ее—и распознать невидимую силу, мотивирующую ее! Кто стоит за этой войной и почему? Вы также должны понять, почему это смертельно опасно. Можно ли это остановить? Всем нам нужны конкретные стратегии борьбы с маскирующимся врагом».

Американские семьи

«В своей книге «Демократия в Америке», опубликованной в 1800-х годах, Алексис де Токвиль расхваливал американскую семью XIX века. ”Безусловно, нет в мире страны, где брачные узы уважались бы больше, чем в Америке, – писал Токвиль – или где супружеское счастье ценилось бы более высоко и достойно”.

«Сегодня общественная безнравственность, перевернутые вверх дном семьи и закон о разводе без вины кого-либо из супругов превратили институт брака в смехотворно несущественное устройство. Шестьдесят два процента американцев рассматривают развод как «морально приемлемый» способ избежать ограничивающего Союза. Мы приняли в себя чуму развода. Те браки, которые еще сохраняются, часто страдают от других проклятий, таких как сексуальная неверность, финансовые проблемы и путаница в ролях супругов.

«Токвиль превозносил американскую семью 19-го века за подчеркивание разнообразных «ролей, которые мужчины и женщины брали на себя в браке. Они были тщательно разделены – “функции мужчины и женщины таковы, что великая работа общества может быть выполнена лучше”, – писал он. Роли мужа и жены, объяснил он, прекрасно дополняют друг друга”. Вы никогда не найдете американских женщин, – писал Токвиль, – отвечающих за внешние отношения семьи, управляющих бизнесом или вмешивающихся в политику; но они также никогда не будут обязаны выполнять грубую работу рабочего или какую-либо другую задачу, требующую тяжелого физического напряжения. Ни одна семья не является настолько бедной, чтобы сделать исключение из этого правила”.

Согласно Токвилю, американцы понимали, что в то время как мужчины и женщины были созданы для выполнения различных ролей в семейной иерархии, каждая роль была равной по важности. Сегодня… мужчины отказались от выполнения роли лидера семьи, кормильца, защитника и воспитателя. Все большее число жен (и детей) упускают из виду то положительное влияние, которое вовлеченный отец оказывает на семью. Что еще хуже, оглушительный хор политиков, активистов, психологов и артистов утверждает, что мужья и отцы не нужны для здоровья и благополучия общества.

Жены, тем временем, в значительной степени отказались от своих самых важных обязанностей по дому—быть заботливыми помощницами и любящими матерями. Например, в 1950 году лишь каждая четвертая замужняя женщина в возрасте от 25 до 44 лет работала вне дома. Сегодня таких трое из четырех, как минимум. В то время как часы работы мужчин и одиноких женщин примерно такие же, как и 50 лет назад, часы работы замужних женщин вне дома утроились. Забота о детях, пока папа на работе, больше не является основной ответственностью для большинства матерей. Как следствие, дети в значительной степени предоставлены самим себе – растут без надлежащего, благочестивого руководства и четкого этического кодекса, на котором они смогли бы строить свои будущие семьи.

Здесь ваш скромный переводчик хотел бы задаться с Вами, Читатель, вопросом о том, а как же так получилось, что если ещё в 1950-е годы большинство семей могло себе экономически позволить чтобы супруга занималась только домом и детьми и более нигде не работала, а со стремительным развитием технологий и увеличением производительности труда в десятки раз в 21 веке – вдруг уже нет?

Переводчик – Евгений Сеничкин

Продолжение следует