8-800-100-44-55

Врач-гинеколог: «Тутовая ягода, эмбрион – это стадии развития человека»

11.07.2019

У меня в Фейсбуке немало друзей – врачей, сторонников «За жизнь». Недавно нашла ролик врача-гинеколога Анны Мустафиной (Москва) против абортов. Мне понравилось одно из её утверждений: эмбрион – это человек. Это один из этапов развития человека. Есть грудной ребенок, дошкольник, школьник и так далее. Никто не сомневается, что в данном списке речь идёт о людях.

Я решила познакомиться и поговорить с Анной Мустафиной о причинах, почему женщины идут на аборт, об ОМС, об организациях «Врачи против абортов», «Женщины за жизнь», «Врачи за жизнь». Наша собеседница сотрудничает с этими организациями.

– Женщины идут на аборт, потому что считают, что до 12 недель это не ребёнок, а всего лишь клеточки. Расскажите, пожалуйста, что происходит с начинающейся жизнью.

– Как только сперматозоид сливается с яйцеклеткой – это уже жизнь. Да, величиной в 0,1 мм – уже маленький, а не в потенциале, человек, и он имеет ДНК человека. Прежде чем появиться на свет, малыш проходит разные стадии. Это зигота, морула, или в переводе с латыни тутовая ягода (на 7-й день она прикрепляется к эндометрию), бластоциста… Сразу при зачатии обретается то количество хромосом, которое присуще каждому человеку, устанавливается пол. У нас в каждой клетке содержится именно та информация, которая получилась при зачатии.

Когда мы поймем, что с момента зачатия начинается человеческая жизнь, тутовая ягода, эмбрион – это человек, тогда у нас не будет вопросов и споров. Например: наличие какого органа нам дает возможность считать его человеком, развилось ли у него сердце, есть ли головной мозг, или в 12 дней от зачатия формируется сердце, значит, с этого момента мы считаем человеком. И не надо обсуждать, что уже в 14 дней на УЗИ можно увидеть, как сердце бьется, а в шесть недель есть первичные половые клетки (яичники у девочек, сперматозоиды у мальчиков). Эти все стадии развития человека. Никто же не сомневается, что дошкольник или школьник – человек. Так же и здесь.

Это должно засесть в сознании. Дело в том, что причина споров и непонимания в нашем образовании. Биология рассматривает три теории происхождения человека – теория Дарвина, материалистическая, идеалистическая (жизнь дана Богом) и утверждающая, что жизнь на землю принесли инопланетяне. Как рассуждали и рассуждают составители программ в школах и вузах: у нас нет доказательств, что человечество появилось от Божественного разума или от инопланетян. Говорят, у нас есть доказательства теории эволюции Дарвина, поэтому будем рассматривать первую теорию. В школах даже не затрагивают 2 и 3 теории как не имеющие доказательных баз. Но это же ложь! Согласно материалистической теории, всё произошло в процессе эволюции, случайным образом скопившиеся клетки образовали жизнь. А теперь представьте: случайно построилось здание МГУ им. Ломоносова на Воробьёвых горах. Методом бросания кирпичей. Кто-то бросал кирпичи, и совершенно случайным образом сложилось высотное здание. Между прочим, этот неизвестный «кто-то» должен обладать разумностью, чтобы в одно место бросать кирпичи. Согласны, что это абсурдное утверждение?

Такое же абсурдное утверждение ставится во главу угла всей нашей жизни, из этого выходит, раз это всё случайное скоплении клеток, то какой смысл вообще имеет жизнь? И люди, базирующие своё мировоззрение на этой теории, не видят ценности жизни. В их понимании это случайное возникновение из ниоткуда и в никуда уходящее. Какой смысл им доказывать ценность жизни? Это бесполезное, мне кажется, занятие, поскольку они не видят сути своей собственной жизни, и поэтому жизнь ребенка, зачавшегося в утробе, тоже бессмысленна для них. Корень в образовании. Мы бьемся за жизнь человека, а в умы своих детей вкладываем абсурдные теории, которые якобы имеют доказательства. Это надо пересмотреть, корень зол оттуда вижу. Как раз недавно с дочерью на эту тему беседовала. Мои дети родились, когда мое мировоззрение сформировалось, тем не менее, они всё-таки берут те взгляды и идеи, которое им даёт школа. Они ходят в обычную общеобразовательную школу, и я понимаю, что там засевается поле. Такая у меня мысль на этот счёт, и так вижу причину, по которой женщины не дорожат жизнью своих собственных детей.

– Удаётся ли врачам отговорить пациенток от абортов?

– Слава Богу, такие случаи есть. Мы сохранили жизнь многим детям, но всё равно результат – меньше 50%. Убеждаюсь, что причина в мировоззрении. Это выстраданный результат многочисленных бесед с различными женщинами – и молодыми, и в возрасте, до такой степени больно сердцу, что такая простая мысль, как ценность человеческой жизни, не находит отклик в душах пациенток.

Приведу пример: пришла 45-летняя женщина на аборт. В приёмном отделении гинекологии разговариваю с ней: сколько было родов, абортов? Она отвечает: ни одних родов. Выяснилось, что у нее было бесплодие. По какой же причине она делает аборт? Её ответ шокирует: уже поздно. И врач в ЖК сказала ей, что из-за возраста в 10 раз повышается вероятность рождения ребенка с хромосомными аномалиями. Я рассказываю реальные истории, когда рожают здоровых детей и в 40 лет, и после 40. Конкретно в моей практике самая возрастная первородящая женщина была 47 лет. А собеседницу-пациентку волнует то, что она пойдет в школу с сыном или дочкой, там все мамочки молодые, а она – старая. Это Господь Бог даёт такой подарок – пытаюсь донести ей! А женщина в ответ: «Я этот подарок ждала раньше, а сейчас уже поздно». С её слов, она много лет назад просила у Бога чадо, Он не дал, а сейчас уже не надо. Я пригласила заведующую отделением, чтобы он примером из своей семьи повлиял. У него бабушка в 64 года родила 6-го ребёнка, не побоялась ни патологий, ни как на фоне других родителей будет выглядеть. Удалось повлиять? Нет, к сожалению, женщина сделала аборт. Более того, она на меня пожаловалась: мол, ее обрабатывали, оказывали моральное и психологическое давление.

Конечно, порой врача охватывает отчаяние, когда невозможно достучаться. Что мешало той пациентке стать матерью? Материально у неё всё хорошо, с квартирой всё в порядке и с мужем всё благополучно. В чём здесь причина? Это мировоззренческая позиция. Как она рассуждала: «Я хотела, мне не дали, а сейчас зачем мне он?» Или, как нередко говорят: «Я сейчас не хочу, хочу потом или мне это надо было 10 лет назад» Люди, это про что? Давайте задумаемся. Это всё мировоззрение, вопрос воспитания в семье и в школе.

Главное, в обществе всегда есть идея. До революции у нас была религиозная идея, она почему-то не удержала общество в том состоянии, в котором оно было до 1917 года. Возникли другие идеи, которые привели к катастрофе. Мы взяли за идею цель всеобщего равенства, строительства коммунизма, и она в свою очередь тоже потеряла жизнеспособность. Вопрос надо начинать с основ, баз. Подумать и рассматривать идеи не с той точки зрения, есть доказательства или нет, а с позиций: к чему эта идея приведет, какой мотив она создаст. Жить и совершенствовать среду обитания на этой Земле? Или прожить один раз так, что после меня хоть потоп! Главное мне успеть получить как можно больше удовольствия в жизни. Какая мне разница, что будет после меня? Меня-то точно здесь не будет больше. Зачем мне беречь что-то? Всё равно я кану в небытие… Случайно скопились мои биологические клетки, случайно возникла моя жизнь, и так же случайно я умру. Жить бессмысленно, смерть такая же бессмысленная. К этому приводит идея материализма – к отсутствию смысла жизни и смысла её сохранять и беречь. Значит, эта идея самоубийственна для человечества. И всей жизни на Земле. Зачем брать за основу мировоззрения идею самоубийственную? Какая разница, имеет ли она доказательства или нет? Какие она имеет последствия? Вот что важно для сохранения жизни на Земле.

– Любой врач по призванию борется за жизнь, не хочет, чтобы его пациенты умирали. Могут ли врачи отказаться делать аборты?

– В этом вопросе давит страховая компания: каждая больница должна выполнять план. Если нет, то сокращают койко-места, сокращают финансирование больницы, в результате медучреждение может умереть. Поэтому всё, что приносит доход, приветствуется. И если врач отказывается приносить доход, то с ним сначала работают устно, потом предлагают уйти. Со мной была эта история, я перестала работать в гинекологическом отделении, потому что мне сказали: «Ты что, хочешь чистенькой остаться, мы делаем аборты, а потом будем в аду гореть, а ты в раю сидеть? Так не получится – или ты с нами, или уходи».

«Мы перед пропастью стоим, и если сейчас не остановимся, не вижу повода для оптимизма»

Это давление даже не от администрации больницы, эта ситуация складывается из-за сегодняшнего порядка финансирования здравоохранения. Есть страховые

компании, в которые мы все перечисляем деньги из своих налогов (графа ОМС). Эти деньги идут не в медицину напрямую, а в страховые компании. А они уже по своему усмотрению распределяют средства по объектам. Они могут оштрафовать за то, что медики неправильно оформили что-то. Думаю, что до больниц доходит около 20% от тех средств, что население перечисляет. И это является таким давлением на врача, поскольку у нас не бюджетное финансирование, а из страховых компаний. Между медиком и пациентом есть посредник, у которого оседают наши с вами финансы. Это уже не грустно, а трагично, поскольку население убывает. Мы перед пропастью стоим, и если сейчас не остановимся и что-то не поменяем кардинально, если каждый из нас не задумается что-то сделать в этом направлении, не вижу повода для оптимизма!

– От знакомых слышала, что некоторые услуги практически невозможно «выбить» из ОМС?

– Заметьте, что ОМС не покрывает лечение и диагностику бесплодия, в частности, гистеросальпингографию (ГСГ) для установки трубного бесплодия. Это врачебная манипуляция, которая выполняется с целью исследования строения и содержания полости матки и маточных труб и наличия просвета в трубах. ГСГ нужна для определения причин бесплодия и делается всем, кто обратился с этой проблемой.

Зато ОМС оплачивает аборт и постановку спирали! Вынимают спираль в амбулаторных условиях, достаточно лёгкая процедура: её вытягивают за «усы». Это бесплатно. А если «усы» оторвались, то вынуть спираль можно уже с помощью инструментов в условиях больницы. И это не покрывается ОМС.

Нужно задуматься, чему служит система ОМС. Она не служит размножению людей, а служит уменьшению численности людей. Всё обследование бесплодия платно для пациентов, а прерывание беременности бесплатно. ОМС не на нашей с вами стороне, не на стороне нашего народа. С этой «опухолью» пора уже сделать что-то.

– Как работают такие организации, как Ваша «Врачи против абортов» и другие, чтобы сохранить жизнь?

– От каждого человека зависит будущее. Например, мне не хочется, чтобы мои дети жили в одиночестве, я хочу, чтобы российский народ умножался. Каждый из нас может что-то сделать. В частности, такие объединения, как «Врачи против абортов», «Врачи за жизнь», кризисные центры существуют почти в каждом городе. Туда может обратиться беременная женщина в тяжёлой ситуации. Женщина в положении не находит психологической и другой поддержки своих близких, например, на неё давят и говорят, что надо делать аборт. Это может быть девушка совсем юная, у которой нет материальной опоры, может быть женщина уже зрелая, у которой несколько детей, и родственники настаивают на прерывании беременности. Общественные организации создали такие центры, чтобы помогать женщинам, оказавшимся в тяжелых ситуациях. К ним можно прийти и даже жить там, женщинам могут помочь финансово, вещами для матери и новорожденного, дать юридическую консультацию, помогают с грудным вскармливанием.

«Женщине нужно только принять решение, что она готова пойти на трудности, и ей обязательно помогут со всех сторон»

Если женщина захотела оставить ребёночка вопреки своим родственникам, супругу, то она обязательно найдет помощь. В данный момент, слава Богу, такие центры есть. Женщине нужно только принять решение, что она готова пойти на трудности, и ей обязательно помогут со всех сторон. Как найти эту помощь? Можно прийти в любой православный храм и сказать, что беременную выгоняют из дома, не на что купить еды или жилья нет. Ей дадут адреса центров, телефоны добровольцев. Храм есть в каждом городе, и там можно узнать выходы на эти приюты, организации. Это я уже могу сказать с гордостью и уверенностью.

Также, что очень важно, будущая мама может получить консультацию врача в том случае, если ставится медицинские показатели по прерыванию беременности. Медицинские показания относительны. Их можно рассмотреть с разных точек зрения и решить, действительно ли есть угроза жизни матери или имеет место перестраховка. У нас главный акушер-гинеколог Москвы Марк Курцер проводит операции Спина Бифида. Если есть патология у плода, внутриутробно могут провести такую операцию. Причём бесплатно!

Против сил, поддерживающих неблагоприятный фон по рождаемости, у нас есть противодействующие силы, которые реально помогают сохранить жизнь. Я очень рада этому. Главное, чтобы как можно больше женщин узнали о существовании таких организаций и понимали, что им готовы помогать.

– Что Вы скажете сторонникам «выбора», то есть абортов, когда они говорят: что же делать женщинам, если им грозит смертельная опасность из-за беременности?

– Медицина не стоит на месте, у нас высокие технологии по спасению матери и ребенка. Если сердечный порок настолько сильный, что уже недостаточность кровообращения в выраженной степени, то беременность, как правило, не наступает. Организм не самоубийца! Поэтому при недостаточности кровообращений II и III стадии происходит нарушение репродуктивной сферы, например, могут отсутствовать менструальные циклы (аменорея), другие гипоталамо-гипофизарные нарушения. Беременность в тяжелых случаях порока сердца не наступает. Если же женщина забеременела, и ситуация пограничная, есть стационары, где наблюдаются пациентки с пороками сердца, заболеваниями сердечнососудистой системы. Даже в те времена, когда не было таких высоких технологий, женщины с пороком сердца и противопоказаниями для беременности, вопреки мнениям врачей на свой страх и риск сохраняли беременность и рожали. Есть немало таких достойных примеров! Смелые и самоотверженные женщины находились все 9 месяцев под наблюдением медиков и не рожали сами, а им делали щадящее кесарево сечение, иногда делали досрочно. Сегодня выхаживают новорожденных начиная с 28 недель вообще без проблем, а есть перинатальные центры, где с 25 недель способны ребёночка дорастить. Понятно, что 25 недель не лучший срок для родов, но тем не менее, сделают всё, чтобы довести до 28 недель, а потом уже ведут малыша «снаружи». Всегда есть выход. Нужно каждый случай рассматривать индивидуально. И если у нас будет в голове ценность жизни матери и ребёнка, то можно будет рассмотреть, как помочь.

В конце концов, если правда есть реальная угроза жизни матери, то никто не собирается выводить из ОМС прерывание беременности по медицинским показаниям. Из ОМС хотят вывести те случаи, которые подходят под описание: «Ой, сейчас не время рожать», «У меня еще только однокомнатная квартира и с ребёнком будет тесно», «У нас уже двое, куда нам третьего ребёнка?» Вывести из ОМС аборты – это для таких случаев, не по медицинским показаниям, а по желанию. Бывают такие причины у пациенток, что волосы на голове шевелятся: «Мы сейчас собрались в отпуск, путевки уже купили, а тут беременность». Вот именно для подобных причин нужно вывести операции из ОМС. Говорю, чтобы успокоить, чтобы не думали, что у бедных россиянок будет вилка: или уйти из жизни, или родить. Такого не будет никогда.

– Если посмотреть мировую статистику, то, к сожалению, у нас очень лёгко сделать аборт. Мы любим сравнивать себя с другими странами, какое у них отношение?

– В Израиле запрещены аборты по желанию, прерывание беременности происходит только по медицинским показаниям. Чтобы получить такое направление, нужно пройти медицинскую комиссию. Настоящую, а не формальную: там печать быстро поставили, здесь подписали – и готово.

Моя одноклассница, живущая в Майами, родила третьего ребёнка, потому что аборт сделать очень сложно, проще родить. Для того чтобы получить подобную услугу, в штате Флорида обязательны: медкомиссия, социальная комиссия, консультация психолога. Только после всех инстанций, которые больше похожи на хождение по мукам, дадут разрешение на подобную операцию. А также там говорят: если вы забеременели и не хотите этого ребёнка, всё равно сохраните его, а после родов, если не способны вскормить и воспитывать малыша – огромная очередь из желающих усыновить. Люди будут рады взять в семью ребёнка-отказника. Даже можете рожать в присутствии будущей приемной семьи, будете знать, в чьи руки передаёте новорожденного.

На западе подобная система хорошо развита, только у нас, к сожалению, к ребёнку относятся как к мусору, который можно в канализацию смыть. Прошу прощения за грубые слова, но общаясь с разными женщинами, с горечью и болью делаю вывод, что для некоторых это именно так. А это мы формировали такое мышление годами. У нас разрешили аборты в 1953 году, раньше всех, между прочим, в мире. И ни в одной стране нет такого лёгкого отношения к аборту, и нигде так легко аборт не сделаешь. А если у нас женщина придет в платный медцентр, там вообще никто не будет отговаривать от операции – даже наоборот, приободрят, поощрят: мол, срок маленький – пожалуйста, примите таблетку!

– Вы упомянули медикаментозные аборты. К сожалению, к ним прибегают часто в последнее время…

– Я была в шоке, когда услышала от совсем юной девушки, которая говорила с лёгкостью: есть проблема – есть таблетка! Можно пойти выпить таблетку, чтобы избавиться от беременности, точно так же, как выпить таблетку от головной боли. Знакомая семья, оба врачи, беседовали с совершеннолетней дочкой о том, что она будет делать, если забеременеет. Девушка спокойно говорит: «Пап, ты что, вчера родился? Есть же таблетка – выпила, и всё в порядке». Это страшно! Страшно тем, что, во-первых, эти таблетки не через ЖК берутся, а через частные медцентры, то есть строгому контролю они не подлежат. И второе: раздача пилюль происходит легко, никто с пациентками не разговаривает, не объясняет принцип действия, не сообщает о побочных эффектах, последствиях медикаментозного аборта. А они есть, и серьёзные.

– Могли бы Вы немного рассказать об этом виде аборта и его последствиях?

– Например, у женщины через год после медикаментозного аборта происходит разрыв кисты жёлтого тела (яичника). И никто не связывает недуг с тем медикаментозным абортом. В этом вопросе у женщины причинно-следственная связь нарушена, она не понимает, что причина – в сделанном аборте, в этом вмешательстве. В результате ей удалили яичник, было сильное кровотечение, из-за которого женщина чуть не умерла. Эти таблетки – смертельная опасность с отдаленными последствиями, это удар по эндокринной системе, после которого не всегда женщина выправляется. Есть сильная репродуктивная функция, половая конституция, она может и 12 таких таблеток выпить. У меня были такие женщины – идут к родам, а у них за спиной по нескольку таких вмешательств. Я оказываю индивидуальное сопровождение родов, поэтому анамнез собираю, беседую с будущими мамами. Некоторые умалчивают о сделанных абортах, не любят такие моменты вспоминать, но есть и те, кто рассказывает.

Одна, например, пациентка за жизнь приняла 12 абортирующих таблеток. Слава Богу, женщина, забеременев в 13-ый раз, решила рожать. И между прочим, это произошло, когда она сменила мировоззрение, пришла к тому, что наша жизнь – это подарок, и жизнь ребёнка – это тоже дар Божий, его надо ценить. С Божией помощью она выносила своего ребёнка, хотя роды были не такими простыми, как хотелось бы. Получилась борьба за жизнь, а не роды! Было плотное прикрепление плаценты, осложнения во время родов и после, кровотечение. Но роженица выжила, и малыш выжил. Это один из примеров того, что происходит после «безопасного» медикаментозного аборта.

– Каков принцип действия таблеток?

– Эти таблетки вызывают искусственный выкидыш, и последствия выкидыша сами по себе неприятные, но одно дело, когда организм решает, например, из-за хромосомной аномалии, а другое дело, когда этот выкидыш вызван искусственно. Что происходит, когда пациентка принимает таблетку? Поступает Мифепристон RU-486 и блокирует рецепторы прогестерону. В результате ребёнок перестает получать питание – по сути, неродившийся малыш умирает от голода.

Кисты жёлтого тела (яичника), появляющиеся позже, связаны с применением этого медикамента. Кисты могут быть не диагностированы сразу, и женщина может жить долгое время, не подозревая о болезни. Потом происходит апоплексия яичника – разрыв кисты. В зависимости от того, какой сосуд повреждён, выбирается соответствующее лечение. Если это мелкий сосуд, то всё может пройти при амбулаторном наблюдении, если же крупный – возможна существенная кровопотеря вплоть до летального исхода, если вовремя не диагностировать. Там не обойтись без полостной операции. А это последствия и наркоза, и спайки послеоперационные, и возможное бесплодие в будущем. Причём бесплодие в этом случае может быть как эндокринное, так и трубное из-за спаечного процесса. Синдром преждевременного истощения яичников, а это менопауза раньше времени – с 35 лет и даже раньше. И такое психическое заболевание как послеабортный синдром. О нём совсем мало говорят. А ведь он может к суициду привести. Вот такие «безопасные» таблеточки.

К сожалению, информации об этом нет в массовом доступе, никто об этом не говорит. И странно и нелогично это умалчивать, когда идёт убыль населения.

– Нередко даже противники абортов говорят, что прерывание беременности не преступление, если есть вероятность рождения ребёнка с генетическими отклонениями. Какова Ваша позиция как врача?

– УЗИ – метод диагностики с не стопроцентной достоверностью. И сами врачи ультразвуковой диагностики это знают. Приведу случай из жизни. Беременная женщина пришла на плановое УЗИ в 22 недели (положено до 12 недель, в 22-24 и 34 недели). Врач, кандидат меднаук, уважаемый и авторитетный специалист ультразвуковой диагностики, констатирует множественные пороки плода. Будущая мама в панике: беременность желанная, женщине больше 30 лет. Она в слезах бросается к своей подруге, перинатальному психологу, и хорошо, что та уговорила обратиться к другому доктору, второе мнение поискать. Второй врач посмотрел и сказал, что ничего плохого не видит. И женщина решает ребёночка оставить. На свет появляется совершенно нормальный младенец! Позже мама идёт к доктору, который запугал её, и показывает фото своего прекрасного 6-месячного крохи: «Посмотрите, кого вы хотели убить!». А врач не просто диагностировал патологии, но и сразу написал направление на аборт. Специалист, нисколько не смутившись, отвечает: «Ну и что? УЗИ имеет право ошибаться! Подавайте в суд, если есть претензии». Между прочим, когда врач сказал о пороках, не упомянул, что аппаратура порой ошибается. Наоборот, он говорил категорично, безапелляционно, не дав женщине шанс предположить, что это может быть не так. Почему эти случаи замалчиваются? Не могу найти ответа. Таких реальных историй много, кога диагностика оказывалась неверной, и тесты по крови тоже имеют не стопроцентную достоверность. И бывает, по анализу крови ставят трисомию (синдром Дауна), а рождается нормальный ребёнок. Нет на данный момент абсолютно точной диагностики.

– Насколько безопасны инвазивные тесты?

– Вот реальный пример: женщина после 40 лет забеременела, а после 35 лет всех будущих мам отправляют на скрининг. И ей выписали направление на амниоцентез, а побочные действия этой процедуры – 30% вероятности выкидыша. Это инвазивная процедура, заключающаяся в пункции амниотической оболочки с целью получения околоплодных вод или пуповинной крови для последующего лабораторного исследования, для ранней диагностики хромосомных и генетических заболеваний у плода. По дороге домой после теста женщине стало плохо, и случается выкидыш. А через некоторое время приходят результаты амниоцентеза – здоровая девочка, патологий не обнаружено.

Почему мы так относимся к жизни ребёнка? Не боремся за него? Хорошо, пусть там действительно синдром Дауна или другая патология. Простите, а что, человек с той или иной болезнью не имеет права на жизнь? Фашисты или нацисты считали: больных людей надо отправлять в газовую камеру. Разве у нас идеология фашизма, разве у нас не гуманная идеология? Почему людей с аномалиями развития надо убивать?

Я понимаю, что здесь финансовая причина, потому что инвалидам нужно платить пенсию всю жизнь, и с этих точек зрения закупаются аппараты УЗИ высокого класса, расширяются скрининги, чтобы не допустить рождения инвалида. Исключительно финансовая мотивация. И, конечно, не хочется с инвалидом возиться, никто не хочет свою жизнь положить на воспитание инвалида, мало таких самоотверженных мам, которые добровольно на это идут. И здесь опять же вопрос мировоззрения. Ничего нельзя сделать уговорами. Вопрос, насколько мама готова жертвовать собой, а также вопрос учреждений, которые с инвалидами занимаются, если мама не хочет воспитывать больного ребёнка. Хотя доказано, что дети с синдромом Дауна социализируются, если ими заниматься, развивать их так же, как и других детей, они даже заканчивают обучение, у нас есть целое сообщество «Дети солнца». И если кто-то встал перед выбором, оставить больного ребёнка или избавиться от него, изучите сначала вопрос, пообщайтесь с мамами инвалидов. Расспросите их, как они живут, что делают для детей. Родители из этого сообщества открыты, идут на контакт. Увидите, что дети с аномалией живут и радуют своих родителей.

Чужой опыт:

Из 143 стран мира в 119 аборты допускаются только при угрозе для жизни или здоровья матери. Только в 41 стране прерывание беременности разрешено по желанию женщины. Государства, в которых запрещены аборты по желанию женщин, но производятся по социально-экономическим или медицинским показаниям: Англия, Индия, Исландия, Люксембург, Финляндия и Япония. В Алжире, Аргентине, Боливии, Бразилии, Гане, Израиле, Кении, Коста-Рике, Марокко, Мексике, Нигерии, Пакистане, Перу, Польше, Уругвае аборты делаются только в исключительных случаях – когда беременность угрожает здоровью женщины, при аномальных развитиях плода и в случае изнасилования.

Разрешение абортов по желанию – по сути самоубийство общества. Мы пошли по пути самоуничтожения. Почему? И ОМС охотно оплачивает наше самоубийство.

Источник